КАК СТАТЬ ПРОДЮСЕРОМ

Снять фильм — значит вступить в диалог с аудиторией. Язык фильма — комплекс условий, которые позволяют рассказать о чем-либо с помощью образов, действий, звуков и слов.

Значение кадра и его расшифровка
Кадр — это образ, несущий некую мысль. Надо понять, что в кадре? Например, мелькает в расфокусе небо, как если бы камера упала на землю – смерть оператора. И чем дальше ведет за собой автор зрителя по метафорическим ассоциациям, тем живее аудитория фильма.

Ось
Представим, что мы между двумя спорящими людьми, наше внимание переходит от одного к другому. Эта воображаемая линия – ось, а мы, зрители — камера, которая за этим наблюдает. А затем мы (камера) останавливается на том, кто слушает, а не кричит. Потому как кричащего и так слышно, а нам интересен второй, и наша камера смотрит на него.

Подтекст
Слушая экранный разговор, мы не только прислушиваемся, но мы пытаемся найти ключ к пониманию мотивов, скрытых чувств и мыслей героев – ищем подтекст!
Горизонтальное движение камеры
Камера передвигается, приближаясь к интересующему нас объекту, рассматривает его с разных точек, отходя подальше, чтобы охватить больше — горизонтальное движение, которое оправдано смыслом кадра, сюжета. Так же как и вертикальное движение камеры (движения камеры вверх и вниз также должны быть мотивированы).

Тревеллинг
Если перед Вами стоит сложная задача — например, проследить за движением парада, то Вам придется применять разнообразные сочетания движений камеры (слева направо, справа налево, сверху вниз, снизу вверх, вперед и назад), то есть тревеллинг. НО: зрительная ось должна проявляться только с одной стороны!

Абстракция
Символы или абстракция используются для усиления эмоционального воздействия.
В кино мы постоянно встречаем частность, занявшую место целого: цветок в пустыне — символ обновления, шкала весов — символ справедливости. Это может быть попытка режиссера спрятаться от сострадания, став сторонним наблюдателем, а может быть вызвано стремлением разобраться во внутреннем механизме жизненных процессов. Когда на экране внимание сосредоточено на объекте, а передний и задний планы размыты, когда движение на экране замедлено или ускорено, то это означает, что автор ищет скрытое значение, стремится обновить впечатление от предмета, привлечь к нему особое внимание.

Ритм
Человек живет внутренними ритмами, которые контролируют его дыхание и сердцебиение. Внутренний ритм Вашего фильма: скорость внутрикадрового движения, продолжительность действия, форма перебивок — зависит от целей, которые ставит режиссер перед фильмом.
Речь, ее ритм также играют значительную роль. Чем четче ритм речи, тем дольше зритель будет слушать ее.
Ритм значит очень много. В фонограмме используются любые ритмы — пение птиц, городской шум или стук колес, которые воспроизводят движение во времени. Визуальный ряд также имеет ритм — это симметрия, баланс, повторение, противостояние изображений.
В жизни поток событий состоит из неравноценных частей. В фильме история жизни — только важные моменты, соединенные логическими мостиками, как во сне или в мечтах. Строительный материал фильма — это отдельные события, запечатленные на пленке, зафиксированная идея, точно выбранный символ.
Документальный фильм — не отфильтрованная череда событий, а поток зрительского сознания, организованного автором.
Жизнь учит нас пониманию основных сил, движущих миром. В документалистике процессы познания бесконечны. В начале у Вас в руках лишь нить, приводящая Вас к открытиям; открытия дают новые нити и, соответственно, требуют дальнейших усилий. Снимать кино рискованно. В работе над фильмом принимает участие множество людей, и Вы можете потерять себя среди устаревших взглядов и критичности коллег. Поэтому Вам потребуется твердое осознание Ваших творческих целей и задач.Работая рядом с другими людьми, используйте возможность проверить, как они воспринимают Ваши идеи, учитесь прислушиваться к их мнению —это может быть полезным.

План на день
1. Закончить ВП для Поликлиники
Открытие дня:
Как сказать о первых лицах государства так, чтобы не использовать ни имен, ни фамилий, ни должностей? Показать Кремль!
Мои мысли и чувства:
Страшно! От того, что не вписываюсь в сроки. Волнуюсь, начинаю нервничать, а скорость работы при этом падает. Как научиться не паниковать, а концентрироваться на работе? Даже если не успеваешь?

«Интересно» — самая главная тайна кино. А почему это «интересно» работает неоднократно и мы смотрим некоторые фильмы по несколько раз?
Автор уверяет: необязательно интересный сюжет, так как есть фильмы, в которых есть состав событий, но нет событий, меняющих судьбу героя. Что же тогда притягивает?
Герой.

За него мы переживаем, боимся, желаем его победы. В фильме может не быть сюжета, но если в нем не будет героя, его не будут смотреть. Главное в интересном кино – это герой.

Но это не просто человек, который пришел и всех победил. Каким должен быть герой? Герой должен быть таким, чтобы нам хотелось быть на него похожим. А как создать героя, на которого хочется быть похожим?

Первое, что должно быть у героя – это тайна. Конечно, есть киногерои, у которых нет никакой тайны. Но если бы она была, то их бы любили немного больше.

Второе, что непременно должно быть у каждого героя – это недостаток, своя ахиллесова пята. Неуязвимый герой без недостатков никогда не вызовет сочувствия зрителей, потому что зрители будут уверены в том, что герою ничего нельзя сделать. «У каждого — свои недостатки» (Чапаев беспечен и малограмотен, Гарри Поттер носит очки, Доктор Хаус фанатеет от отстойного телемыла, Бонд не может пропустить ни одной юбки, Херлок Холмс наркоман и так далее). Недостаток героя вызывает симпатию зрителей в двух случаях – когда зритель знает, как преодолеть этот недостаток, и когда зритель не знает, как преодолеть этот недостаток.

Третий ингредиент – это то, что поднимает нашего героя над остальными персонажами. Это – его сокровище: умение быстро бегать у Форреста Гампа, умение быстро считать у Человека дождя, умение выпускать из ладоней липкую паутину у Человека-паука…
И, наконец, последнее, чем должен обладать герой – цель. Чего хочет Человек-паук? Бороться со злом? Черта с два, он с хорошей девушкой хочет дружить. Для этого он должен профессионально состояться. Для этого он должен раздобыть фото человека-паука, ну а тут уже и до борьбы со злом рукой подать. Чего хочет Чапаев? Белых победить? Нет. Он хочет доказать Фурманову, что человек из народа может быть командиром. Чего хочет Одиссей? Приключений? Нет. Он хочет вернуться домой.

Итак, у героя, на которого хочется быть похожим, должны быть: тайна, недостаток, сокровище и цель.

Но главное, что есть у героя – это цель. Если у героя нет цели, то нет и героя. А значит, нет и кино.

Я отзанимался одну неделю из четырех. Так что уже могу кое-что рассказать и показать.

Я занимаюсь на курсах Pilgrims индивидуально, то есть, главным образом, непосредственно с преподавателем, вне группы. Не знаю, могу ли я раскрывать тайну стоимости обучения (вместе с проживанием и питанием в принимающей семье, о которой как-нибудь отдельно), оплаченного моей работой, но, думаю, вы и сами нарисовали себе цифру в пару тысяч в фунтов в неделю, и, полагаю, сильно при этом не ошиблись.

Каждое утро в 8 часов по будним дням за мной в мою деревеньку приезжает красное такси и отвозит меня в самый центр городка, это минут 20 по их напряженному, как они наивно думают, трафику.

Когда в понедельник я, вместе с другими студентами, появился в школе, один из преподавателей сказал нам: «Все, что вам понадобиться делать – это отдыхать и расслабляться». Нельзя сказать, что мы тут предаемся праздности и безделью, но в какой-то мере, так оно и есть.

В 9.00 начинаются занятия, которые со мной ведет Роджер – солидного возраста джентльмен, с которым мы разговариваем, слушаем и разбираем новости и читаем заметки в газетах, по моей просьбе он также ввел упражнения на грамматику, потому что с временами у меня совсем кисло. Занятия реально интересные, хотя временами (особенно, с временами :)) и трудные. С одной стороны – в первые дни у меня болели мышцы лица от количества разговоров, с другой – от учебы меня так не втыкало со школьных времен. Самое главное мое открытие в английском языке: то, что мы называем словами-паразитами, англичане зовут, простите, лубрикантами. И язык без них, по их мнению, сильно теряет. Столько лет я учился избегать слов, типа «на самом деле» или «вы знаете», «ну…» и тут, на тебе, их надо совать везде как можно больше!!! Труднее мне только с грамматикой.

В 10.15 у меня получасовой перерыв – можно попить кофе или чаю в гостиной

или погулять по городу, можно успеть перекусить какой-нибудь булкой, если есть такое желание. В 12 мы с Роджером заканчиваем, собираются все европейские студенты (на этой неделе были женщина из Испании и мужчины из Франции, Швейцарии, Чехии и Польши) и в сопровождении кого-то из сотрудников идут на ланч в ресторанчик – каждый раз в разный. По пятницам вместо ланча – фуршет с вином и домашними сандвичами в гостиной.

Да, увлекшись жратвой, я забыл показать Роджера.

Знаете, почему мы в пабе?

Просто вчера я возвращался из Лондона и опоздал к началу занятий. Роджер был предупрежден, но предложил не спускать пропущенный мной час в унитаз, а пожертвовать обедом и продолжить обучение и общение в пабе. По-моему, лучший путь для изучения языка. Кстати, паб входит и в официальную программу занятий, но об этом чуть позже.

Итак, мы отобедали и имеем еще минут сорок свободного времени немного разгуляться, чтобы не заснуть прямо в классе. Например, в очаровательном парке в паре сотен метров от школы.

В 13.45 начинаются дневные занятия. Со мной их ведет мой ровесник, ирландец Кен, который похож вовсе не на барбиного хахаля, а на футболиста Уэйна Руни. Замечательный парень, с ним мы фокусируемся на особенностях разговорной речи и на словах и оборотах. У него интересная методика – он пишет слова, которые вызвали у меня интерес или затруднение на бумажках, и потом делает с ними разные фокусы – мы можем повторить их через урок-другой, а можем попытаться расставить в порядке возникновения во время урока или еще что-то в этом роде.

Кен – крайне креативный, предложил мне сделать презентацию для (!!!) северокорейских студентов (их тут человек шесть) про российские медиа. А сегодня он вообще вдруг прервал урок и сказал: «А пойдем в музей?» и остальную часть занятий мы посвятили изучению истории Кентрбери от мезозоя или что там было в это время, до наших дней. Вот Кен делает мне небольшой подарок, тщательно выписывая мое имя старинными рунами.

Забавные отношения преподавателей и студентов, не правда ли? С другой стороны, есть некоторая дистанция и нет панибратства, все очень корректно и в то же время не пресно. Тебе могут указать на ошибки, но делается это настолько уважительно, мило и с юмором, что хочется заниматься еще и еще. Такого опыта у меня вообще никогда не было. Более того, всякие идиотские бизнес-приемы, типа подстпудного обучения мотивации, разныее вывешенные тут и там изречения про то, что ученье – свет, а неученых – тьма, выглядят тут совершенно нормально и уместно. Кое-что можно найти даже на потолке.

Групповые занятия проходят и в игровой форме, я зашел к ним как-то в перерыве, и обнаружил, что взрослые люди из разных стран увлеченно ползают по полу, собирают какие-то бумажки и чуть ли не лепят куличики.

Как Pilgrims так удается – ума не приложу, но тут не только интересно, но и просто очень клево. Самое забавное, что и студенты все, как на подбор, реально интересные люди, даром, что из офисных. Вот уже пять вечеров я сожалею, что занятия на сегодня закончились. При этом я совсем не фанат языка: мне нравится разговаривать по-английски, но не настолько, чтобы, например, делать это в твиттере или при встрече с русскоязычными. Кстати, встретить их в школе я не могу – там их просто нет, я один, хотя это не специально так, французов, скажем, трое. По-русски, причем, без акцента, здесь говорит только сотрудница Pilgrims Елена из Словакии, но мы общаемся друг с другом только по-английски.

После дневных занятий у европейских студентов случаются групповые активности или факультатив. По сути, это одно и то же, только начинаются в разное время – перед факультативом у тебя есть аж три часа и можно опять погулять, поесть в городе или съездить домой. Ну и факультатив теоретически можно пропустить, но без особой нужды этого не делают.

Активности ведут преподаватели – однажды мы играли в детектив в духе Агаты Кристи, ловя назначенного убийцу среди нас, а вчера – слушали и разбирали песни Beatles. Я сорвал апплодисменты, потому что знал наизусть первый куплет Nowhere Man. Факультативами, которые ведут сотрудники (не преподаватели), были поход в паб и просмотр фильма (сериал Судья Deed, может, кто-то знает) с последующим обсуждением. Вечерние занятия идут в абсолютно свободной форме и сопровождаются совместным распитием пары-тройки бутылок вина с чипсами и орешками.

После занятий такси отвозит меня домой, я могу попросить заказать его на любое время, если, например, хочу пропустить стаканчик эля или сидра. Больше вечером в Кентрбери делать решительно нечего. Впрочем, сегодня вечером здесь открывается большой фестиваль искусств и можно сходить не только в открывшийся на прошлой неделе театр, но и в еще во множество мест, послушать и посмотреть массу интересных людей.

Вы спросите, насколько эффективно такое обучение. Ну, хотя бы на моем примере. Конечно, мне трудно оценить со стороны, но определенно я перестал бояться разговаривать. Говорю я по-прежнему грамматически чудовищно, но я бросил сильно париться на этот счет. Неожиданно вспомнилась масса слов, которые я не использовал не только в английском, но и в русском. Я начал лучше слышать английскую речь и разделять в ней слова, когда говорят быстро. Конечно, я понимаю далеко не все, что говорят, например, на улицах, но уже гораздо лучше, чем всего лишь пять дней назад. Преподавателей я понимаю процентов на 90, тогда как в начале обучения – примерно наполовину. Наконец, и они стали понимать процентов 15 моей речи (сарказм).

источник